Слушать  Записать  Мастер-Класс  О проекте

Подкасты  Podscriptum  Доки  Звук Вокруг  Коллекция  RadioLanguage

 автор: Заведующий Всем     добавлено: 5 августа 2008, 05:18 © free

США. Штат Вермонт. 76 год. Возле городка Кавендиш Солженицын покупает 20 гектаров земли. Обустраивает дом. В кабинете 10-метровый письменный стол. Он живет и пишет там вплоть до отъезда в Россию. Воспоминания Ричарда Свека - городского головы Кавендиша.
English, русская транскрипция. Xр: 16:12.

Интервью: Чарльз Мейнс. Мик/Маг: Skype - Телефон - Нуотбук. Внимание: Приблизительный перевод!

---

RS: Алло. Меня зовут Ричард Свэк.

CM: Здравстуйте. Мы хотим поговорить о Солженицыне. Говорят, вы в Кавендише знаете о нем больше всех…

RS: Что вы хотите знать?

CM: Вы знали его лично?

RS: Настолько, насколько любой человек мог его знать, он предпочитал одиночество. Он был, что называется, затворник. Поэтому мало кто знал его здесь хорошо. Были случаи, когда я с ним общался, разговаривал. Но это своего рода скольжение, не глубокое общение. Он редко выходил из дома, это было не часто, чего не скажешь о его семье. Хотя, ближе к отъезду из Кавендиша, он чаще гулял по городу, мы видели его чаще. Он просто гулял по улицам, стал более публичным человеком, … до какой-то степени.

CM: Вы не могли бы описать Кавендиш? Что это за город?

RS: Население 1.500 тысяч человек. Когда Солженицыны здесь жили – было 1.400. Сельский городок. Два центра, где есть торговые точки, в остальном - это очень по-деревенски. Ну, эти точки тоже очень маленькие, …это не бизнес-центры, просто маленькое деревенское комьюнити.

CM: Люди осознавали, кто живет с ними рядом? Это было поводом для обсуждения?

RS: Было сложно не знать. Люди не знали очень много про него, кроме того, что он писатель и что он выжил в очень серьезной суровой ситуации в России, что он был диссидентом. Конечно, не все его знали, но постепенно все стали понимать. Не из прямого контакта, а из внимания к семье прессы, важных людей. Сложно было не знать про него. Интересно, что наше сообщество - это Новая Англия - мы очень независимы, самостоятельны, склонны к спокойной деревенской жизни. Мы не привыкли к вниманию прессы, к тому, чтобы открываться прессе. Ситуация была необычная. Со временем это пошло на спад. Хотя, когда он решил вернуться в Россию, интерес снова вернулся. В прошлом году приезжала русская TV-компания, и до сих пор это не прекращается.

CM: Насколько я понимаю, люди в Кавендише не болтали о Солженицыне, были сдержаны перед СМИ. И они гордятся этим. Так ли это?

RS: Да, обычно, папарацци или пресса приезжают и спрашивают – где дом Солженицина? Обычно – никакой ответ. Или направляют по ложному следу. Люди всегда защищали семью Солженицыных. Возможно, потому что однажды в 1977 году он пришел на встречу с горожанами и сказал: «Извините меня, за то, что моя жизнь – необычная для вас. Я здесь построил забор, ни для того, чтобы защищать себя от соседей, но чтобы у меня было немножко уединения». У него было много важной работы, и он оценил терпение и внимание местных жителей. Он понимал, что его присутствие изменило привычную, спокойную жизнь городка. Люди оценили эту позицию. И стали его прикрывать. Даже люди из городского совета. Здесь обычно останавливаются и спрашивают - кого и где найти. Это конвейер общественной информации. Но мы не давали инструкции, мы просто отвечали: «Оставьте его в покое, он просто хочет работать». Мы думаем, что люди понимали это, и простили нас. Мы не были грубыми, люди это понимают. Большинство людей.

CM: Вы могли бы рассказать какую-то личную историю о Солженицыне?

RS: Было три случая, когда он выступал публично, кроме всяких «бумажных» дел. Первой была речь в городском собрании, после приезда. Потом - перед отъездом. И была еще одна – между. Это было 200-летие штата Вермонт. Был парад. Он коротко выступил. Но то, что я лично помню больше всего - это было до его отъезда в Россию, до официальной речи. Он пришел ко мне в офис, чтобы узнать может ли выступить на собрании. Кажется, он был с женой и сыном Степаном. Был очень приятный разговор. Нужно было обсудить детали… Я ему позвонил и был приглашен в гости, к нему домой. Похоже, он был один. Это был немного сложный разговор, я не говорю по-русски, он не говорил свободно по-английски. Мы сидели в его кабинете, где он писал большую часть своих книг, в частности, кажется, «Красное Колесо». И мне было очень интересно там быть, в этом важном месте.

CM: Как выглядел кабинет?

RS: Не очень роскошный, но очень большой, очень много книг, несколько хороших рабочих мест и очень красивые окна, с прекрасным видом на лес.

CM: Вы говорите, что он выступал три раза перед горожанами. Вы помните, что он говорил?

RS: Да. Первый раз, в 77 году, он извинился за неудобства, за забор, который он построил. Хотя это было нетипично с точки зрения безопасности. Мы называем такой забор - оленьим... Не было колючей проволоки, он не был высоким… там были ворота, и возле входа была видео-камера. Ну, это было большое расстояние от самого дома до входа.

СM: И последний раз, когда он выступал, вы тоже там были?

RS: Да, я даже его представил в тот вечер. Он выступал на русском. Его сын Степан переводил. После этого горожане подарили ему специальный адрес (торжественное письмо) в знак памяти, это было как пожелание удачи на Родине, были маленькие подарки от Кавендиша, например, книга рисунков с пейзажами города, памятная медаль для него и для его тещи Светловой с логотипом города.

CM: Как жители Кавендиша среагировали на смерть Солженицына?

RS: Думаю, как на смерть любого, кто жил здесь долгое время. Он жил у нас 18 лет. Это тихое уважение… Люди вспоминают общение с ним. Его сыновья приезжают сюда. Здесь их дом. Нет ничего необычного, что бывают в городе на Новый год, выходные, скажем. Похоже, они живут в США, хотя, мне кажется, Степан сейчас работает в Москве. И что касается мистера Солженицына – у нас не было с тех пор никакого контакта, он не вернулся в Вермонт, как мы знаем, но мы знаем, что у него была своя телевизионная программа в России, что-то о политке.

СM: Вы сами были в России? У вас ведь необычная связь с ней?

RS: Нет, не был. Но это была прямая связь для многих из нас, кому повезло с ним познакомиться. В том смысле, что нобелевский лауреат работал в нашем городе, думал о России, ее истории, будущем. Это была очень интригующая концепция для многих из нас. И сделало для нас интересной эту связь.

Меня зовут Ричард Свек. Я городской голова. С 88 года управляющий города Кавендиш. Немножко похоже на мэра.

 

Комментарии

Ваш комментарий:

Как вас зовут?

Адрес почты

Поле для заполнения роботами:

Надоело заполнять скучные поля? Зарегистрируйся.

Ctrl+Enter